Мы утешения не знаем…

Мы утешения не знаем…

Прощальное слово о коллеге

Более месяца назад скончался наш друг и коллега Мэлс Нусифович Етекбаев. И этот материал посвящается его памяти. 

Уходят люди. Такова философия бытия. Но каждый, покинувший этот мир, оставляет за собой память. Многих  мы вспоминаем добрым словом.  Наверное, это и про него. Мэлса можно отнести к категории личностей, которые  беззаветно любят жизнь, своих близких и родных. И среди них он слыл хорошим отцом, добросовестным работником и человеком, который постоянно «сеял» только добро. Да что говорить, кто знает семью Етекбаевых, все в один голос твердят: они никогда плохого не только не сделают, но и не пожелают. Так воспитаны.  Так было заведено в семье. У Мэлса  Нусифовича  в характере не было не алчности, ни зависти. И по жизни он слыл парнем рубакой, который мог снять с себя пальто и отдать другу, если тому нечего одеть. Он всегда приходил на помощь тому, кто в ней нуждался. Поверьте автору, который, выражаясь литературным языком, «съел с ним пуд соли». Мы дружили  с аксакалом, как я его называл в последние годы, ровно сорок лет. Помню первую встречу с этим удивительным человеком. Случилось это летом 1978 года, когда я - студент КазГУ приехал на практику в областную газету «Заря коммунизма».  Определили меня в сельхозотдел. Ближе к обеду  в нашем кабинете появился доселе незнакомый мне человек. Такой элегантный, в джинсах, с длинной шевелюрой, короткой бородкой с бакенбардами и в темных очках. Сначала подумал: наверное,  кто-то из местных артистов театра забежал. Но  старый ветеран журналистики  Николай Меркурьевич Ильченко после приветствия  обратился ко мне: «Познакомься, это Мэлс Етекбаев,  наш фотокорр».  В разговоре с нами, а в кабинете присутствовали Валерий Лыков, Леонид Александрович Иванов, он больше улыбался и невольно расположил меня к себе. Потом достал из серого конверта несколько фотографий и передал   Иванову, в то время заведующему отделом.  Тот глянул и сразу сказал: «Когда ты успел их сделать?». 
-Да вот, с утречка съездил в Кировский район. 
- Вот это снимок мы предложим на планерке на первую полосу. 
И в словах  Иванова был смысл. Шел сенокос. А на фото как раз скирдование кормов. И на первом плане труженики передовой заготовительной бригады. 
Когда Мэлс уходил к себе в фотолабораторию, спросил меня: «Откуда будешь родом?»
- Из Кугалов.
- Да ты мой земляк...
Позже,  когда мы с ним поехали в командировку в  Панфиловский район, он рассказал мне коротко свою биографию. Оказывается, их семья в одно время жила в Гвардейском районе. Отец возглавлял партком колхоза Луговое. Было в пятидесятые годы такое хозяйство. Позже оно стало подразделением  совхоза «Калининский». Потом отца перевели в райком партии и семья переехала в Кугалы. Через несколько лет, когда я уже  возглавлял районную газету «Красное Знамя», Мэлс приехал в командировку, и мы с ним пришли  к тому дому на углу улиц Кирова и Октябрьской. Он был несказанно рад. Помню,  на него нахлынули воспоминания, и он долго рассказывал смешные истории из своего детства. Но каждый его выезд в районы  получался краткосрочным - от силы день-два. Главной для него была работа, потому что газета ждала от него свежие снимки на актуальные темы. И мы поражались: когда же он успевает? В «Заре коммунизма» публиковались  снимки со всех районов. А соблюдение географии в то время было одним из требований  областной партийной организации. Был такой случай. Вчера только уехал в Талды-Курган, а на другой день звонит уже с Андреевского района. Вот такой он был, неугомонный и безотказный. Приехал, отпечатал снимки и снова «на колеса». Его знали практически во всех уголках Семиречья. У него везде были друзья. Когда мы с ним приехали в Панфиловский район, секретарь парткома одного из хозяйств даже обиделся, что Мэлс не смог погостить у него. Он так хотел отблагодарить его, ведь в прошлый раз он привез снимки его семьи и ни копейки  не взял. Так и сказал: «Обижусь, заберите деньги». 
 Я знаю и другие примеры, когда плохо было с обеспечением  фотоматериалами, все коллеги его с районных газет звонили Мэлсу Нусифовичу: «Помоги с пленкой, с химикатами». И отказа никогда не было.
А главное - Мэлс был профессионалом своего дела, художником с большой буквы. Но человек в одночасье не становится мэтром. Нужно время. Фотодело увлекло его еще в школьные годы. И когда стал вопрос выбора профессии, он не задумываясь перешагнул порог редакции талды-курганской  районной газеты. И в творческом коллективе, которым руководил ветеран Великой Отечественной войны, сразу заметили стремление парня  к работе, его порядочность и дисциплинированность. Старый редактор всегда на планерках подчеркивал:  учитесь у нас, танкистов. Имел ввиду и Мэлса, который служил в танковых частях. Кстати, 10 сентября он непременно отмечал День танкиста. 
Но поначалу трудовой деятельности он испытал, как и все молодые, дискомфорт. Оказалось, что мало нажимать на кнопку фотоаппарата. Нужны сюжеты, которые  раскрывали бы тематику, рассказывали о характере героев его публикаций. И он был в постоянных творческих муках. Это заметил и редактор. Как-то он позвал паренька в свой кабинет и,  вытащив папку  с газетными вырезками,  сказал: «Для начала посмотри эти снимки. И не стесняйся, это не плагиат. Это твоя учеба». И смышленый сотрудник  привозил из командировок фотографии по сюжету даже лучше, чем были в той папке. Он дорабатывал идеи тех авторов, на которых ссылался редактор. Одним словом, научился творчески мыслить. Неслучайно был приглашен в штат областного издания «Заря коммунизма». Именно здесь Мэлс Етекбаев состоялся как художник, который может делать шедевры, причем оперативно и качественно. Его снимки охотно брали в Казахском телеграфном агентстве. Делали рассылки по ТАССу. Иные фотографии публиковались в центральных газетах республики и даже Союза. Однажды мы с ним делали материал в «Сельскую жизнь». Из зарисовки о доярке сделали заметку. Но все равно было приятно. Украшением этой публикации стало фото Мэлса Етекбаева. 
Нельзя не отметить и то, что нашего друга и коллегу уважали практически все, особенно главные редактора.  Никто не мог так запросто, как он,  зайти и закурить, например, в кабинете Виталия Непейпиво, Михаила Давидовича. А Владимир Ермоленко как-то сказал: «Мы с Мэлсом можем делать газету вдвоем». Этим он подчеркнул работоспособность фотокорреспондента, его мобильность и талант. В газете в иные месяцы выходило до ста снимков Етекбаева с разных районов и городов области. У него также были друзья  среди работников культуры, партийных и советских органов.  Быстро он сходился и с молодыми коллегами. Сам неоднократно замечал, как  он  радовался их успехам  на журналистском поприще. Помню, как они вместе с Маратом Туганбаевым, тогда заместителем главного редактора, учили меня жизни. И эти уроки  усвоены на всю жизнь. Кстати, их дружба  была, можно сказать, примером для многих. Когда Марат скончался, Мэлс долго не мог прийти в себя. То, что он теперь мог сделать для своего друга - помочь как-то его  детям...
Когда Талды-Курганскую область сократили,  Мэлс Нусифович  переехал в Алма-Ату и освоил для себя новое дело - стал спортивным репортером.   Своим советским «Зенитом» он делал такие снимки, которые  восхищали  не только читателей газет «Спорт-Тур», «Про Спорт» и других изданий, но и маститых журналистов, работавших в то время (начало 90-х годов)  уже японскими аппаратами. Снимать спорт, да еще в движении, к примеру,  футбол, таким аппаратом  очень сложно. Но он мог. «Главное, - считал Мэлс Нусифович, - поймать свою изюминку. А это получается только в том случае, когда ты переживаешь за своего героя, когда ты знаешь тему. С помощью   фотографии раскрываешь его образ, характер». И в этом он прав. Снимки делает не аппарат, а человек. Его роль в этом очень велика. Неслучайно  выставки фотографий Мэлса Етекбаева  в Талды-Кургане пользовались большой популярностью. Затем, когда он стал журналистом  газеты «Вечерний Алматы», опытный мэтр  вдохнул в печатный орган новую струю неповторимости  своих героев. Не было шаблонности и дежурного построения тех, кого он снимал. Даже портреты, сделанные им, раскрывали  душу человеку. Однажды на республиканской выставке Мэлс занял третье место. И такой человек, трудяга и личность, никогда не подводивший  свое начальство, не мог плохо работать. На  редакционных  летучках его отмечали всегда. Да и  коллеги  любили  за его открытость, честность и  за брошенные невзначай колкие шутки. Но никто на него не обижался. Потому что это был Мэлс Етекбаев, мэтр фотожурналистики Казахстана, который стоит рядом с такими корифеями, как Иосиф Будневич, Яков Либерчук,  Дендербай Егизов, Юрий Беккер и другие.
Он ушел из жизни так же красиво, как и жил. В последний раз, когда мы навещали его в реанимации, он старался даже шутить. Тогда подумалось: кризис позади. А буквально через два дня позвонили и сказали: аксакал умер. Ушел из жизни скромный человек, талантливый фотомастер, готовый в любую минуту прийти на помощь. Его широкая улыбка, добрые глаза и пронзительный тихий смех будут с нами всегда...    

От имени коллег 
Алим Анапьянов.

 

 

Оқи отырыңыз