Психолог озвучил методы борьбы с игровой зависимостью
Зависимость от компьютерных игр признана ВОЗ болезнью, такой диагноз содержится в обновлённой международной редакции болезней (МКБ-11), которая вступила в силу с начала 2022 года.
Как рассказал в интервью RT ведущий научный сотрудник кафедры общей психологии факультета психологии МГУ кандидат психологических наук Александр Войскунский, такой зависимости сильнее всего подвержены дети и юноши. Девочки с возрастом, как правило, прекращают играть, хотя производители компьютерных игр не оставляют попыток захватить женскую аудиторию. При этом не давать детям гаджеты бесполезно, считает психолог. Эксперт рассказал, какие признаки говорят о формировании у человека игровой аддикции и что может спровоцировать этот процесс.
- Александр Евгеньевич, ВОЗ включила зависимость от видеоигр в перечень заболеваний МКБ-11 ещё в 2018 году. С 1 января 2022 года документ вступил в силу. А как на этот вопрос смотрит российское научное сообщество? Могут ли компьютерные игры вызывать зависимость, подобную наркомании или алкоголизму?
- В целом научная общественность, включая российскую, старалась приблизить день, когда зависимость от компьютерных игр будет признана болезнью на уровне ВОЗ. К примеру, российские психиатры-аддиктологи много говорили о проблеме компьютерной зависимости, они подходят к вопросу именно с позиций психиатрии.
Одновременно этот вопрос рассматривала и Американская психиатрическая ассоциация, но она в итоге не посчитала возможным отнести компьютерную зависимость к числу заболеваний. Так что говорить о единогласной позиции по этому вопросу в научной среде пока всё же не приходится.
Я же первый обзор по этой проблеме представил ещё в 2000 году, а в 2009-м психологический факультет МГУ провёл симпозиум по интернет-зависимости. Мы также выпустили тогда сборник статей по этой теме.
Надо сказать, что поначалу исследования в этой области велись достаточно беспорядочно, не всегда в соответствии с критериями доказательной медицины. Не было контрольных групп, отбора испытуемых и т. п. И это мешало признанию компьютерной зависимости болезнью. Сейчас всё изменилось, поскольку появился новый диагноз. Впрочем, для него пока не выработаны новые методы лечения, нет строгих рекомендаций.
- То есть сейчас каждый специалист сам решает, как лечить такого пациента?
- Да, примерно так. Для медиков мы все одинаковые, потому что состоим из одних и тех же органов, а для психологов — разные, потому что психика у нас неодинаковая. Насчёт врачей-клиницистов это, конечно, шутка. Однако серьёзно можно сказать, что пилюль от интернет-зависимости нет и, наверное, не будет. Ничего подобного пока не придумали даже китайские коллеги. Так что лечение такой зависимости — это психотерапия. Есть, правда, ещё один метод, я его условно называю «китайский» — это помещение пациента в тюремные, казарменные условия.
- Жесткое ограничение доступа к компьютеру?
- К компьютеру, смартфону, планшету — к любым гаджетам. Также «перевоспитание» включает марширование, строевые упражнения и т. п. Я в данном случае не преувеличиваю — желающие могут самостоятельно ознакомиться с документальным фильмом RT, посвящённым этой теме.
- А как часто встречается такая зависимость? Допустим, из 100 человек, которые играют в компьютерные игры, у скольких может быть предрасположенность к формированию аддикции?
- Точной статистики, к сожалению, нет. Согласно примерным оценкам, в развитых странах риску компьютерной зависимости подвержены 2—6% населения. Подчеркну: не молодёжи, а всего населения. Хуже всего дело обстоит в странах Восточной Азии — Китае, Южной Корее и т. д. Кстати, на протяжении долгого времени мы думали, что такой проблемы нет в Японии: японские учёные не публиковали статей по этой теме. Но теперь англоязычные статьи появились. Оказалось, что в Японии тоже встречается это заболевание. А в Китае интернет-зависимость уже давно признана болезнью.
