Путь в науку о Востоке

Изучение региона Южной Азии остается уникальным направлением для казахстанского востоковедения. Одной из тех, кто занимается исследованиями в этой области, является уроженка Алматинской области Назерке Жарбосынова - докторантка Казахского национального университета имени аль-Фараби, чья научная работа посвящена изучению интеллектуальной истории пуштунов. 
О своей научной работе и ее значении она рассказала в интервью нашей газете.
– Как начался Ваш путь в науку и почему Вы выбрали востоковедение и язык урду?
– Интерес к Востоку появился у меня еще в юности, когда я начала увлекаться историей и культурой стран Азии. Поэтому при поступлении в университет я выбрала специальность «Иностранная филология: урду». Этот язык сравнительно редкий, но он открывает доступ к огромному культурному и политическому пространству Южной Азии.
Важным этапом стала стажировка по программе академической мобильности в Исламабаде. В Национальном университете современных языков (NUML) я проходила курс по изучению урду. Эта поездка позволила мне ближе познакомиться с культурой и академической средой Пакистана. Особенно запомнился стиль преподавания пакистанских профессоров – он во многом напомнил мне научную школу наших старших преподавателей. Именно тогда я начала по-другому смотреть на регион. Постепенно интерес к языку и культуре перерос в более широкий научный интерес – к истории, социальным практикам и государственным институтам стран Южной Азии. Сейчас я только в начале своего научного пути: являюсь докторантом первого курса по направлению «Востоковедение».
- Что повлияло на выбор Вашей научной темы?
– Окончательно интерес к теме сформировался во время обучения в магистратуре на факультете востоковедения. Большую роль сыграли мои наставники – профессор-исследователь Лаура Ерекешева и заместитель декана факультета Шынар Канафьева. Их поддержка стала для меня важной мотивацией продолжать научную работу. Во втором семестре я присоединилась к научному проекту профессора Лауры Ерекешевой, которая является моим научным руководителем. Ее подход к исследованиям и высокая требовательность во многом сформировали мое понимание академической работы. Мне особенно запомнилась одна ее мысль: исследовательская работа похожа на приготовление сложного блюда – если надолго отвлечься от процесса, результат может и не получиться. Исследователь должен постоянно находиться в поиске и размышлении.
В 2021 году в рамках проекта я участвовала в полевых исследованиях в Пакистане – в Пешаваре и Лахоре. Там меня заинтересовало, как различные социальные сообщества взаимодействуют с государственными институтами. Наблюдая за этим, начала задаваться вопросами, на которые хотелось найти ответы. Тогда я окончательно поняла, что хочу заниматься научными исследованиями.
– Исследования Южной Азии остаются довольно редким направлением в Казахстане. В чем заключается их научная и практическая ценность?
– В мировой науке региональные исследования активно развиваются со второй половины XX века. В Казахстане востоковедение и исследования Южной Азии пока находятся на этапе становления, однако интерес к этому региону постепенно растет. 
Южная Азия – сложный и многообразный регион, куда входят Пакистан, Афганистан, Индия, Бангладеш, Непал, Бутан, Шри-Ланка и Мальдивы. Исторические связи между этими странами во многом продолжают влиять на их современную политическую и социальную жизнь. Изучение региона помогает лучше понять социальные процессы, культурные традиции и интеллектуальную историю обществ Южной Азии. Кроме того, такие исследования позволяют увидеть, как историческое наследие влияет на современную политику и общественную жизнь.
– Как знание языка урду помогает глубже понимать общество и культуру региона?
– История языка урду сама по себе отражает сложную историю региона. Само слово «урду» происходит от тюркского слова «орда», а в эпоху империи Моголов этот язык активно использовался в придворной среде. Сегодня урду является национальным языком Пакистана. При этом страна остается полиэтнической: разные народы сохраняют свои родные языки. В этих условиях урду выполняет роль языка межэтнического общения и часто рассматривается как символ национального единства.
Урду обладает богатой литературной традицией и играет важную роль в общественной и культурной жизни страны. Для исследователя знание языка открывает доступ к литературным, историческим и религиозным текстам, а также к современным общественным дискуссиям. В моем исследовании интеллектуальной истории пуштунов знание урду позволяет работать с первоисточниками, научной литературой и местными СМИ, а также облегчает проведение полевых исследований и общение с людьми.
– Тема Вашей докторской работы посвящена интеллектуальной истории пуштунов. Что именно Вы исследуете?
– Пуштуны – один из крупнейших народов Южной Азии, проживающий главным образом в Пакистане и Афганистане. В своей докторской работе я изучаю, как формируются представления о пуштунской идентичности – о том, кто такие пуштуны и как они сами объясняют свое происхождение и историю. Чаще всего пуштунскую идентичность рассматривают через этнические особенности, племенную структуру или политические процессы. В своем исследовании я пытаюсь посмотреть на этот вопрос через призму интеллектуальной истории – то есть изучить, как формируются идеи и представления, лежащие в основе коллективного самосознания общества.
– Почему пуштунская идентичность представляет интерес для исследователей Южной Азии?
– Вопрос происхождения и исторической идентичности пуштунов остается одной из сложных и во многом открытых тем. Существуют разные версии их происхождения – например, некоторые исследователи связывают их историю с наследием древней Гандхарской цивилизации. Однако для исследователей важно не только происхождение народа, но и то, как сами пуштуны воспринимают свою историю и прошлое. Эти представления отражаются в исторических текстах, научных работах и общественных дискуссиях. Изучение таких источников помогает понять, какие идеи и ценности лежат в основе пуштунской идентичности и как они формировались со временем.
– С какими источниками и методами Вы работаете?
- В своем исследовании я опираюсь на работы постколониальных теоретиков, а также на исследования пакистанских и британских ученых. Среди используемых методов – анализ исторических и научных текстов, дискурс-анализ, а также интервью и методы устной истории. Они помогают проследить, как со временем формировались представления о пуштунской идентичности и какую роль в этом процессе играли религиозные традиции и общественные дискуссии.
– Каким Вы видите будущее исследований Южной Азии в Казахстане?
- Я считаю, что у исследований Южной Азии в Казахстане есть большой потенциал для развития. В последние годы растет интерес к региональным исследованиям, расширяются академические проекты и международные научные связи. Южная Азия – динамично развивающийся регион, поэтому интерес к его изучению будет только усиливаться. Для молодых специалистов это открывает возможности для изучения языков региона, участия в международных научных проектах и проведения полевых исследований.
Я думаю, что в будущем исследования Южной Азии в Казахстане будут постепенно углубляться, и молодые исследователи смогут внести свой вклад в развитие этого направления.

Карина БАЛТАБАЙ, город Қонаев